facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Лиterraтурная Школа
Мои закладки
№ 139 май 2019 г.
» » Андрей Тавров. МАЛЫЙ АПОКАЛИПСИС ЛЕЙТЕНАНТА Ч.

Андрей Тавров. МАЛЫЙ АПОКАЛИПСИС ЛЕЙТЕНАНТА Ч.





1

Он очнулся между воронкой и разбитой пушкой
мир выглядел странно
а он был рыбой бьющейся на земле
из жабр шла кровь и чешуя вокруг грязное серебро
рыбы не говорят
и Ангел пришел и сказал

Слово не есть слово
Птица не есть птица
Камень не есть камень

постарайся ухватить лейтенант

      есть слова о вещах берег дерево танкер свет
      есть слова о людях победа убийство одиночество дом
      есть слова пришедшие из безусловного
      больше молчание чем слова
                                  татха, То, Бытие, голгофа

 


2

Слова о вещах протяженны
создают – время и рок,
мириады снежинок
каждая ложится на свое место

слова о людях пристрастны
пестуют рок,
тянут речь Антигоны, авианосцы, реки судеб
смятый в лепешку бампер
мозги по асфальту экклезиаста
каждый падает на свое место

словом пришедшим из безусловного
управлять невозможно ибо
его жизнь жизнь вне времени
сказываясь остается вне протяженности
такое слово как пеликан с пламенем в клюве
вынесший с поля солдата




3

Рок кормится временем
сцеплением событий
я есмь – вне времен потому
року туда не войти
в источник света и дерева
ангела человека

безусловное есть в условном
но в безусловном нет условного
как основы
слово не есть слово
если между словом и им же - есть человек
слово есть слово если между
словом и им же есть
человек в безусловном

 


4
 
Ли Чин говорит ищите
 свое лицо до рождения

Он перестал быть рыбой лежа среди
окровавленной чешуи сказал
дивны слова твои господи дым
стлался по вздыбленному чернозему
рожь выгорела как черное дабл-в

И увидел
весь мир состоял из нарзанных
пузырьков чадящий танк белая на сломе
ветка черемухи живот наводящего
с зелеными внутренностями наружу –

сияющие как жемчужины
взвешенные пузырьки воздуха
зависшая бисера горсть
все что есть

слово не есть слово

 


5

юбка твоя вздымалась как самолет
когда мы танцевали и локоть рос из сирени
с луны смотрел босоногий мальчик
а из моря выбирался дракон
потрясая миры тихим свистом

травы стали серебряными от ужаса
звезды попадали в море
и дельфины пошли на ногах
вещи лопнули как ремешок босоножки
на белом носке

и тихо в ответ играла дудочка
в налипших серебряных пузырьках
идя в гору как дровосек.




6

восходят вещи
вокруг белой птицы
их поднимает луна

Ли Бо рисует иероглиф –    ­­­­­­
лодка глубже идет на дюйм
и облако над Тайшанем

как же ребро ребристо
а вода играет в воде
я как дельфин держу
на лбу стеклянный шар без краев

инвалид без рук и без ног
с татуировкой вождя на шее
с папироской во рту
внутри тугой покрышки
плещется в лазурных волнах

вот он ангельский крик
конец прежде начала
совпадая с женщиной догоняющей
потерянные ноги и груди
на вершине стона

 


7
неправда что пульсируя
соитье разлучает нас в итоге –
скорей рисует рыбу, взятую в две скобки -
окружности входящие друг в друга
вверху и снизу обнимая то
что стало общим – рыбой, следом
луны зашедшей в солнце
и жабры греют черную звезду
сияющую в копоти стекла
как страшный ангел
из тех, что не выдерживаем мы
как будто бы боясь самих себя
сильнее общей и привычной смерти
предпочитая чудища, химер
спаленную напалмом землю
не распознав в них ангельскую рыбу.

Рыба!
Личинка будущего гнущаяся словно
в серебряных чешуях флаг под ветром
как окунь на лесе в отвале глуби
и всей эскадрой ангелы поют
в баяне однорукого солдата
приткнувшегося на перроне возле бака
и кружки на цепи.




8
не выходи за дверь там падает звезда
с твоим лицом на белых костылях
тряпичный ветер там передвигает горы
и черный Гектор
не выговорит мир сначала
с седой сирени белого ствола
слепой серьги и оловянной кружки
где зоя как аквариум прозрачна
сребристой рыбой в параллелограме
парящая в себе как дирижабль
что взвесил небо изнутри и замер
тебя ошпарив дрожи серебром

голый человек сидит
среди деревьев на стеклянной сфере
хватаясь за нее безрукими ногами
стеклянный шар восходит как луна

Ты вышел.
И хрипло дунул ангел в белую трубу.
Шумел сплоченный лес
и самоходное орудие стреляло стайкой
в коротких розовых штанишках ребятни
все полнилось самим собой
и океан свистел в ушко иголки
и Зевс играл Европой как волной.




9

Солдат полумесяц несет за плечом
а звезды люби говорят
а рот его схож с полыньей где один
окунь наружу кричит

глыбой оттуда растет глубина
в рыбу с кровавой губой
стройным составом по шпалам идут
звезд шестиглазых стада

смерть что гамак для белых рубах,
для черных – небесная твердь
я речку ночную несу на зубах
чтоб заживо не сгореть

все умирает – звук и стада
червь самолет и бог
бык – на коленях, навзничь – вода
и всхлипнув – пуля в висок

ночью киты плывут в простыне
голову в небо несут
длиннее траншеи ноги твои
и плавники из огня




10

меж человеком и человеком есть все остальные вещи
меж одним человеком и им же самим есть все остальные вещи
его родители с белыми подбородками поддержанными не только воздухом
или силой притяжения но и благородством но и Данте из Флоренции но и
четырьмя стихиями не считая эфира металла и дерева

и он натянут натянут на струны и стяжки как внутренняя форма слова ползет
внутри себя как по норе до почти иссякания в ангельских устах проходя
брань просторечье геную амстердам кухарок и ландскнехтов отвердевая в куколку
и существо языка меж молчанием бытия и бабочкой ее попыткой назвать

гусеницу при помощи себя или памяти об ангельском неисследимом звуке без перьев
игл шерсти времени ибо ибо время ангелов взаимообратимо и течет по желанию
сразу в две стороны по ста ветвям и язык это помнит в своей свободе но в плотной среде

такая речь обращается в пламень от встречи почти святости с нечистотами
так в августе сгорают в ночи звездные львы дикобразы а на земле дома и танки
и люди и камыш и ветер входит в огонь и железо и вода и земля не считая
эфира и звездных растяжек и кривых полей гравитации и человека во ржи логоса
между танком и танком драконом горностаем зверем словом и огненным озером –
все входит в огонь




11

уму не постичь му
нижней губы и
не постичь ы
верхней но бабах-бабах

из обоих в зверей и птах
ум логово дракона

а ты говорила и!
текучая в серебре
полная серебром ног
и избытком избытка
и холмов и избытка

и! говорила у! в серебре говорила
в пустом классе деревянной школы
мы были и! твоего избытка
и му! моих холмов

а не тростником костей
не вихрем медведей

мы не длились с тобой– были
мы были ы! сжатым сжатым
перенаправленной пружиной
одна пятнадцатимиллионная секунды
кшана – вот наше Ы! мы были
выкрикнутым вырванным иным
енотовым лебединым

мысли и смерти нужно время
а проруби и любови
в нем быть зазорно
белое имя на белом камне 
глыбокое безымянное

ветер в дожде
вспышка в позвоночнике ястреба
свет в голубых очах старухи




12

зверь в людях вышел из моря
после трубы архангела
из миллиардов он состоял зверь
останавливающий источники в земле и кровь в венах
взглядом состоял из их черноты он из
обманувших предавших убивших шепнувших
из захотевших владеющих обуянных
из доительниц крови из сборщиков плоти

был покрыт ими как слепнями
сосущими друг друга и звезды сворачивались
и как на одной средневековой миниатюре изображена
луна заштрихованная черной краской на четверть
а солнце красной наполовину так все и происходило

и не было у зверя своей плоти
из нас он состоял из людей
И Маша белые ноги в резинках
ставила в цинковый таз
и мальчик засмотрелся на петуха
бегающего по траве
вокруг отрубленной головы

и белый горностай на охотника лаял


 

13

плач будто воздух плотнеет и человека несет
с белым лицом с глазами из молока
сгибает деревья плач а раньше любовь
хор набирает силу и глубь река
 
что тебе речка форель золотая плотва
плотней антигона кричит чем ты в бурунах
ворочаешь камни и дарья прозрачней тебя
лежит на полу и рот ее песню шумит

сосцы для младенца смотрят теперь вовнутрь
зверь ее тело выворотил поменял
но уходит с глубоких губ небо раздвинув плач
вот и ляжет в воздушную яму убитый брат




14

И Ангел пришел и сказал

все, с чем ты отождествляешься,
превращается в эго, в ложное я,
в ложные мысли о себе, о людях, зверях и мире
истинному я не с чем отождествиться

ты говоришь – моя жизнь,
но у тебя не может быть жизни
поскольку ты и есть сама жизнь

жизнь вне границ, являющая небо и землю
людей и деревья, биенье пульса в виске
любовный шепот и рев гиппопотама
и дальнюю бабочку и оптику цейса в танке

но ничто ей не владеет
ни танк ни тело ни мысли
ни мириады миров в которых ваш – лишь песчинка

вот что такое жизнь, лейтенант

ни твоя ни Луны и звезды,
ни травы, ни лосося, штурмующего водопад,
ни подорожника, ни роженицы –
а одна на всех такая какая есть.

Ты и есть – Она.




15

Лев играет шаром а рядом младенец спит
падает в море икар пахарь ведет соху
от слова до слова звук идет миллионы лет
но правдивая речь возникает когда времени нет

от человека до человека весть идет миллионы лет
от моря до камня, от колена и до плеча
от жизни до смерти, от удара копыта в дорогу
до конской морды от катулла до катулла и от
плача зои на кухне до слез антигоны
не тень – миллионы лет, миллиарды безликих лет
но ты возникаешь когда времени нет

лев играет шаром младенец спит под сосной
город спускается с неба осушить любую слезу

лейтенант с лисом, рыжим и говорящим
стоят в кубанской степи с рожью в черных воронках
с догорающим танком с убитыми рядовыми
задирают лица смотрят внутренним взором -
меж внутри и вовне – в сверканье и свет и стекло
на эскадры архангелов на звездные батареи
на говорящих бабочек на жизнь без причин
на волков и ручьи без дна на льва и младенца

и идет изнутри их неподвижный как речка свет
низвергаясь в небо где времени больше нет







_________________________________________

Об авторе: АНДРЕЙ ТАВРОВ

Родился в Ростове-на-Дону. Окончил филологический факультет МГУ, отделение русской филологии.  Работает на «Радио России». Главный редактор поэтической серии в издательстве «Русский Гулливер». Главный редактор журнала «Гвидеон». Член Пен-клуба и Союза писателей Москвы.
Автор поэтических книг, продолжающих и углубляющих поэтику метареализма, романов и эссе, посвященных проблемам поэзии. Основные издания – поэзия: «Ангел пинг-понговых мячиков» (2004, Саратов, «Артсистема»), «Самурай» (2007, Арго-Риск), «Парусник Ахилл» (2005, Наука), «Часослов Ахашвероша», «Проект Данте» (изд. Водолей, 2014); романы: «Кукла по имени Долли» и «Мотылек» (оба 2008, изд-во Эксмо), «Матрос на мачте» (2013, «Центр современной литературы»); воспоминания: «Сын Человеческий» (2014, Эксмо);  книги эссе и статей: «Реставрация бабочки», «Свет святыни», «Письма о поэзии». 
Печатался в журналах "Новая Юность", "Комментарии", "Арион", "Октябрь", "Дружба народов", "Воздух", «Новый мир», «Знамя», «Плавучий мост», «Урал» и др.скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
2 840
Опубликовано 03 дек 2015

ВХОД НА САЙТ