facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
ЭЛЕКТРОННЫЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Социальная сеть Богема
Мои закладки
/ № 117 май 2018 г.
» » «Лиterraтура»: перезагрузка

«Лиterraтура»: перезагрузка


Журнал живёт, а значит — обновляется. В преддверии четвёртого дня рождения  «Лиterraтуры» на вопросы отвечает… редколлегия журнала.

Проблемы для редколлегии создавал Владимир Коркунов

________________


I. ОБЩИЕ ВОПРОСЫ

Владимир Коркунов: Примите поздравления. За четыре года в жизни журнала произошло немало изменений, в том числе эстетических. Чего вы ждёте от нового этапа развития «Лиterraтуры»?

Андроник Романов: До четырехлетия ещё целый месяц, но всё равно спасибо. Журнал, кстати, не менял своего первоначального дизайна ни разу. Это первый случай. Надеюсь, удачный. Ничего особенного я не жду. Главное в журнальном деле — стабильность и прирост аудитории. Мы знаем, что средний класс читает. Не все и не так много как раньше, но читатели среди них есть, и мы их хотим. Разумеется, существует план в виде перечня последовательных мероприятий. Cмена редакторского состава — один из реализованных пунктов.

Мария Малиновская: Жду обновления и конкретизации эстетической позиции журнала, хотя понимаю, что это некое идеалистическое ожидание, так как не у всех членов редколлегии взгляды на литературу и «Лиterraтуру» одинаковы. Но уверена, что, к примеру, приход Данилы Давыдова подарит нам и нашим читателям совершенно новый раздел критики, а значит — и новую «Лиterraтуру», без ярко выраженного эстетического дисбаланса между поэтическими и критическими публикациями.

Данила Давыдов: Любая достаточно сложная система инерционна. Литературное поле, разумеется, относится к системам, достаточно сложным, — а следовательно, необходимость тех или иных институций не как маргинальных, но как формообразующих, требует постоянного подтверждения. Сетевые литературные издания — именно не библиотеки и не сообщества — а регулярно обновляемые, имеющие чёткую композицию, внятное устройство издания появились еще в 90-х, и были значимой частью литературного процесса. Но всё равно эти ресурсы воспринимались многими как специфическая ниша. Сегодня, когда традиционные толстые журналы значительной, если не подавляющей части читателей известны именно по электронным версиям (в «Журнальном зале» или где-то еще), собственно электронные литературные издания становятся если не авангардом процесса, то, по крайней мере, значимой их частью. Мобильность процедуры публикации, гиперссылочные возможности и т.д. конечно же здесь важны, но самое важное — ликвидация зазора в статусах между «традиционными бумажными» изданиями и «новыми электронными». Бумагу при этом никто не отменял и отменять не будет (шапкозакидательские настроения 90-х давно воспринимаются в этом смысле анекдотически), но трансформации литературного поля не могут ни привести к мысли о необходимости воспринимать издания, изначально существующие на разных носителях, как равноправные. Конечно, это и большой простор для разного рода дилетантских жестов — но ведь сколько было и бумажных изданий, горделиво звавшихся журналами, но канувших в результате в тайные закрома историков литературы и навеки истребленных из памяти читательской. Именно подобная ситуация указывает на уникальное место, занимаемое «Лиterraтурой» — место встречи интерактивных технологий и весьма классического представления о журнале как о стержне литературного процесса.

Евгения Баранова: Я только в феврале присоединилась к редакторскому кругу олиterraтуренных, поэтому поздравления принимать с моей стороны было бы нахальством =) Для меня, как говорят злодеи в голливудских боевиках, всё только начинается. Четыре года — возраст немаленький: младенчество и первый кризис остались позади. Четырёхлетки почемучкают, лепят зайцев, рассматривают стрекоз и раскрашивают мамины шторы. Наш журнал тоже пытлив, смел и склонен к экспериментам. Если коснуться тонкого льда долговременных планов, то будущее «Лиterraтуры» мне видится не слишком туманным. Есть читатель, есть общественное любопытство, есть определённая репутация. Будем расширяться, охватывать и удивлять, будем искать, спорить, вчитываться и не сдаваться, будем, как сорока-белобока, собирать блестящие пуговицы материалов по всем дорогам литпроцесса. Жить будем!

Родион Белецкий: Идеальный — это тот актуальный журнал, который открывают на смартфоне сразу после того, как проснутся. Вот к чему нужно стремиться.

Лейла Копалиани: Ожидание меня утомляет, а вот знанием могу поделиться. Я знаю, что у «Лиterrатуры» завидное настоящее и великое будущее. Она уже широко известна в узких кругах (комично, но факт). Следующий этап — популяризация литературы в массах. Важность этой цели не нуждается в объяснении. Если вы вдруг не поняли почему, почитайте «Лиterraтуру».

 В.К.: А конкретно: каким вы видите будущее своего раздела?

А.Р.: Яркой прозы сейчас гораздо меньше, чем яркой поэзии. Потому задача проста: отбор и поиск. От результатов этого процесса зависит будущее раздела. Хотелось бы публиковать тексты авторов, которые понимают — их предшественниками написано так много талантливого, что писать плохо и незачем и стыдно.

М.М.: Думаю, будущее моего раздела можно предвидеть, исходя из его настоящего и из его истории в целом. В рамках уже оформившейся эстетики хотелось бы увеличить число дебютных публикаций, а также поэтических переводов. Но так происходит и само собой. За прошлый год в «Лиterraтуре» вышли дебютные подборки молодых авторов из России, Казахстана, Беларуси, а также тексты израильских, украинских, литовских, польских, норвежских поэтов (для некоторых авторов это были первые публикации на русском).

Д.Д.: Отечественная (да, наверно, и любая) критика больна субъективностью и необязательностью (эссеистическим либо догматико-учительным подходом), либо же поверхностностью (журналистский подход). При всём уважении к тому, что сделано в критическом разделе «Лиterraтуры» до меня, я хотел бы всё-таки расширить не только и даже не столько круг привлекаемых к сотрудничеству авторов (хотя и это тоже важнейшая задача), но и расширить само пространство рассматриваемого, круг проблем и феноменов, которые подчас находятся в критическом небрежении. При этом, конечно, хотелось бы избежать партийности, стараться смотреть на литературу в целом (и не только текущую отечественную, но и иноязычную, и предшествующих эпох) как на сложно организованный организм. За всем этим мне видится сверхзадача: выстраивание из кирпичиков локальных имен, текстов, явлений некой метакартины всего литературного поля в целом — пусть бы и понимаемого через подобный фасеточный взгляд.

Е.Б.: Увлекательным. Non-fiction — понятие размытое: это эссеистика и мемуары, интервью и путевые заметки, опросы и дискуссии. «Невымышленная проза». Из ограничений — художественная ценность и здравый смысл. Я вижу свой раздел ориентированным на достаточно широкий круг любителей словесности. Например, у нас появилась новая рубрика «ФотоСушка»: литераторы демонстрируют лучшие фотоработы, рассказывают об опыте съемок и делают это весьма захватывающе. Привычные рубрики, такие как интервью или эссе, мы также забывать не собираемся. Хочется, сохранив прежнюю аудиторию, привлечь читателя нового поколения, читателя молодого и активного, добавить свежести, что ли. В идеальном мире наш журнал может быть полезен почти каждому: поэту и консьержке, прозаику и программисту, критику и кассиру. Почему нет? Редакциям литературных журналов всегда была присуща склонность к просветительству ;)

Р.Б.: Я буду публиковать самые новые тексты авторов, которые могут заинтересовать читателя и театры, без которых пьеса долго не живет. Предпочтение буду отдавать «хорошо сделанным пьесам», есть такой термин. Среди современных драматургов большое количество профессионалов, пьесы которых толком не прочитаны, к сожалению.

Л.К.: Мой раздел — новости. Какие? Полезные. О чем? Конкурсы, премии, выступления братьев по перу и другая информация из сакрального литературного мира. Будущее раздела вижу бескрайним, как любовь мариниста… Если без лирики, хочу, чтобы каждый день «Лиterraтура» сама была инфоповодом.

 В.К.: Обновление, а по сути, перезагрузка журнала, действительно были необходимы?

А.Р.: Для ясности: произошла перезагрузка всего проекта. Журнала, как раз, это коснулось в меньшей степени. «Лиterraтура» стала издательским домом со своей электронной инфраструктурой — четырьмя полноценными юнитами: раскрученным журналом, социальной сетью (www.literrator.org), книжным интернет-магазином (www.bambook.online) и собственным издательством. По сути, мы замкнули цикл. С начала года у нас вышло три книги: мы переиздали в цифре сборник повестей и рассказов Владимира Софиенко «Смотритель реки», выпустили книгу стихов Натальи Поляковой «Легче воздуха», издали первый том Большой антологии современной литературы. Весной выйдут сборники рассказов Михаила Липскерова, Вячеслава Харченко, Фарида Нагима, Кати Капович и Михаила Бару. В скором времени книги веером разлетятся по крупнейшим торговым площадкам интернета. Эту «перезагрузку» я готовил больше года, запускал пробные проекты, собирал сборники рассказов для известных издательств. Нужно было понять кухню изнутри. Когда пазл сложился, начал подготовку. Планировал ребрендинг в апреле, но всё сложилось раньше.

М.М.: Надо понимать, что «обновление», «перезагрузка» – это всего лишь обозначения. Есть желание перемен, есть определённые шаги в этом направлении. Насколько они удачны, будет ясно со временем. 

Д.Д.: Литературная политика, как и всякая иная, есть искусство возможного. Даже монструозные издания с почти уж столетней традицией либо хотят меняться, либо вынуждены. Относительно новый проект, тем более, не удерживаемый инерционными механизмами привычки, не просто имеет право, но обязан жить в состоянии регулярного переформатирования, — но при этом не столь радикального, чтоб на месте одной институции образовывалась другая под тем же названием. Преемственность (включающая и ротацию кадров, и переструктурирование разделов, и новый взгляд на авторскую политику) позволяет меняться плавно, эволюционно, но при том неотменяемо.

Е.Б.: Как читатель я открыла для себя «Лиterraтуру» в мае 2014 года. Тогда я жила в Севастополе, журналу было несколько месяцев от роду, и слухи о необычном проекте только начинали расползаться. Каждому ли человеку нужны перемены? Перемены — это почти всегда немножко страшно и невероятно трудно.  Каждому ли проекту требуется обновление? Мой жизненный опыт говорит о том, что изменения неизбежны, а неотвратимое следует принимать с достоинством. Мир текуч и непостоянен, люди взрослеют и старятся. Я благодарна всем, занимавшимся этим проектом на протяжении нескольких лет, и я постараюсь делать свою работу качественно.

Р.Б.: -

Л.К.: У меня не хватает компетенции ответить на этот вопрос, могу сказать лишь: «Смерти нет. Есть только вечное обновление…» И это прекрасно.



II. ЛИЧНЫЕ ВОПРОСЫ

 В.К.: Андроник, поздравляю с обновлением редколлегии. Сейчас тот самый момент, когда можно сказать спасибо, тем, кто был с журналом раньше, и — оценить новую команду «Лиterraтуры».


А.Р.: Думаю, пора завести в журнале страницу благодарности всем тем, кто нам помогал. Это будет правильно. Так или иначе, я благодарен всем, кто  редакторствовал в нашем журнале, стараясь по-своему сделать его лучше. На счет «новой команды» — если честно, я счастлив. Мне очень нравится работать с ребятами.

В.К.: Что вы подразумеваете под словами о том, что «Лиterraтура» перейдет в категорию информационно-коммуникативных СМИ?

А.Р.: Информационно-коммуникативный — двухсоставное  слово, о значении которого несложно догадаться. К информационной части (журнал «Лиterraтура») добавляется коммуникативная составляющая, в нашем случае, социальная сеть «Лиterraтор». Прежде подобие этой связки было с Facebook, теперь мы пытаемся «построить» такое сочетание на собственной территории — с учётом предыдущего опыта и наработок, разумеется. «Лt» не призван заменить пользователю Facebook, как наличие WhatsApp не отменяет Skype. У каждого свои задачи. Правильный вопрос: зачем это нужно? Социальная сеть — платформа, собирающая людей разных формаций и убеждений. Социальная сеть профессиональных литераторов теоретически должна собрать авторов из разных писательских конфессий, дать нам — организаторам — возможность наблюдать литературный процесс «живьем» и, по возможности, способствовать популяризации результатов.

 В.К.: Маша, раздел поэзии ориентирован на «актуальный фланг» литпроцесса. Чем обусловлен ваш эстетический выбор? 

М.М.: Моим видением литературы, соответственно. Жизнеспособность текста определяется его новизной — тем, что он добавляет к уже сказанному. Если ничего — то это просто ещё одно стихотворение, которое могло быть, а могло и не быть, и в любом случае ничего не изменится. А есть тексты, останавливающие момент собственного рождения и навсегда заключающие его в себе — со всеми отличительными чертами современности. Изъять их из культурного контекста уже невозможно — в том числе и потому, что такие явления порождают традицию, внутри которой опять же присутствуют тексты, развивающие и трансформирующие свою основу, и вторичные — просто её воспроизводящие. И задача моего раздела — отслеживать живой путь, а не его симулякры.

 В.К.: Данила, ну что ж такое, никогда такого не было, и вот опять. Вы и сами говорили, что из всех жанров, в которых работаете, первична — поэзия. А позвали в критику. Не обидно?

Д.Д.: Нет, не обидно. Обидно бывает, конечно же, когда меня воспринимают преимущественно или исключительно в качестве критика, не обращая внимания на стихотворческую составляющую, либо — еще хуже — пренебрежительно о ней отзываясь. Но в этом есть определенная неизбежность; все ведь поэты, каждый самый лучший, а грамотно работать с критическими текстами умеет (или хочет) далеко не каждый внутри нашего печального цеха. Я, кажется, не обделен ни публикациями, ни вниманием: ожидаю как минимум две поэтические книжки, одну в очень солидном издательстве, другую в маленьком, домашнем, но крайне эстетском. Непрочитанность — другой вопрос, так, опять же, всяк из нас мнит себя непрочтённым. А работа с критикой не только на уровне письма, но и на уровне организации процесса мне давно интересна, и я рад, что мы сошлись в этом с коллегами из «Лиterraтуры». Как-то так.

В.К.: Женя, насколько важен раздел non-fiction именно литературному журналу? Ведь это не поэзия и не проза, а «невыдуманная литература», в том числе журналистика. Как это вписывается в концепт журнала?

Е.Б.: Мир, в котором «Оскар» получает фантастическая «Форма воды», а нобелевским лауреатом по литературе не так давно стал автор, специализирующийся на документальной прозе, всеми силами ищет новое дыхание в смежных жанрах. Мы живём в эпоху линьки: кожа прежних принципов становится тесной. Правильно это или нет, станет понятно уже не нам, а нашим детям или внукам. Внимание современного человека несколько расфокусировано. Если он не получит информацию у нас, он получит её в другом месте. Non-fiction — в какой-то степени крючок для читающего. Если людей интересует личность за пределами текста, то почему бы не удовлетворить этот интерес с помощью профессионально сделанного интервью или эссе?

В.К.: Родион, в литературном мире об этом знают не все, но вы — говорю для любопытных читателей — автор песни «Я всегда с собой беру видеокамеру» из программы «Сам себе режиссёр». Расскажите, как создавался телехит 1990-х и как судьба довела до «Лиterraтуры»?

Р.Б.: Я работал после ВГИКа штатным сценаристом программы «Сам себе режиссер» в компании «Видео Интернешнл». Программа «обрастала» компьютерной графикой, и понадобилась заглавная песня и песня для рубрики «Слабо». Я поначалу принес песню для «Слабо», она называлась «Я не умею». А заглавную песню заказали Алексею Кортневу. Она стояла в эфире несколько месяцев и для юмористической программы была слишком грустной, хотя и очень красивой. Тогда я показал коллегам песню «Я всегда с собой беру…» — наиграл на гитаре. Её профессионально записал Александр Иванов, и она пошла в эфир. Оказалось, это то, что нужно! Потом я работал на телевидении, а когда работы не было, сочинял пьесы. Так и пошло. Попал в журнал «Современная драматургия», сначала как автор, а после как редактор. Теперь вот редактор в «Лиterraтуре». Очень рад этому. Постараюсь познакомить читателя с интересными пьесами и талантливыми современными авторами.

В.К.: Лейла, реально ли сделать «Лиterraтуру» гидом литературной жизни, каким в своё время была, ну например, «Литафиша»? Или всё же будете ориентироваться на самые яркие события?

Л.К.: Я, Лейла Гочовна Копалиани, положа руку на чистый лист, официально заявляю: журнал «Лиterraтура» уже подлинный. А новостная лента — за любые интересные события, кулуарные и общеизвестные, столичные и международные. Чем больше информации, тем счастливее новостной отдел. :))

скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
904
Опубликовано 14 мар 2018

ВХОД НА САЙТ