facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Лиterraтурная Школа
Мои закладки
№ 148 ноябрь 2019 г.
» » Елена Чеснокова. ТУПО ВЫЖИВАНИЕ

Елена Чеснокова. ТУПО ВЫЖИВАНИЕ

Редактор: Анна Русс





***

Холодает, поребрик в сугробы врос
Лед замерз и не тает, роднички коченеют и зарастают
Милый Дед Мороз,
Мы покакали, погуляли, перезапустили сайт

Отправили родителей в отпуск, собрали библиотеку
Перепробовали себя на всех курсах лепок и сальс
Мы были хорошим человеком
Всю свою жизнь, каждым своим отсеком
Ты можешь не верить, но мы правда-правда старались

 

***

Я мало что знал о тебе и был этому рад
Как это говорят — living together apart
Или может быть living apart together
Ты готовила супер-пасту с соусом болоньезе
(Такую что хотелось реже апарт и чаще тугезе)
Сбрасывала наряд как сбрасывают снаряд
На не заметивший дрона погранотряд
(Но об этом с малознакомыми не говорят)
((Еще ты готовила классный домашний Цезарь))

Я знал, что ты ненавидишь: сладкое, Андаманское море, цикорий,
Брехню про «быть вместе в горе», брехню про колу и ноль калорий
Ты забывала примерно девять из десяти историй
Рассказанных мною. Но я не ною — меня устраивала такая статистика
Иногда я специально прятал ключи, чтоб услышать твое «это мистика!»
В целом, у нас были довольно трогательные отношения
Минимум лишних сношений, максимум нужных сношений
И тут ты вдруг приняла решение

Я прихожу на пасту, в шоппере две бутылки
Красного. Я говорю: милая, я сейчас расскажу тебе такую историю
Классную, пахнет великолепно, давай я расставлю тарелки, достану вилки
Прохожу в кухню, там ты в короне и розовом парике
На спине подрагивает рюкзак (я не хочу знать, что в рюкзаке)
Ты босая, в руке граната, палец в кольце, а кольцо в чеке
Взгляд решительный, говоришь, что все взвесила, ноль кокетства
Завтра ты уезжаешь сражаться за конфетное королевство

Ты познакомилась с гвардейцем банановой стражи на сайте для одиноких
Вы начали переписываться, он поразил тебя внутренним светом
Присылал фотографии пряничных домиков, знакомил с конфетным заветом
С вафельным пятикнижием. Он говорил, что конфеты
Лучше, чем неконфеты. Что конфетное королевство веками терпело многих
Но пришла пора положить этому конец
(А ты можешь помочь его людям, потому что сладкая, как леденец)

Он говорил, что свободные отношения на его земле невозможны
Либо бери ответственность, либо держи меч в ножнах
Но если ты, его клубничная бубльгум, сочтешь допустимым
Переезд с последующим принятием священной нектарной доктрины
Любовь вашу скрепят благодатью, патокой и тянучкой
Дело за малым: задать неконфетным взбучку

Чтобы жвачные стражи пустили через границу,
Говорил он, докажи свою преданность: съешь килограмм лакрицы
Сдай кровь на сахар и принеси в жертву человеческого мужчину
И вот я стою здесь, а банан в телеграме пишет «ну что, с почином?
Он удивился? Пояс не пригодился? Трудно было решиться?
Теперь-то я наконец смогу на тебе жениться!»

Ты выдергиваешь кольцо, лицо твое розовеет до барби-пинка
Из рюкзака вырывается Леди Радугарог
И уносит тебя в окно. Мир вокруг стал яркой плоской картинкой
Я хотел снять ее для Инстаграма, но почему-то не смог
Мне было очень жарко, а когда рассеялся смог,
Я подумал, что для меня так и осталось загадкой,
Чем он тебя привлек
Я мало что знал о тебе, но, видит конфетный бог,
Ты никогда не любила сладкое.

 

***

Дети, смотрите, это 3D гравюра
Тише, Валюша, не бедокурим, Юра
Век двадцать первый, пластик, резак, ирония
Подпись в углу — салон красоты «Бегония»

В центре сюжета стол, друг напротив друга
Два человека-женщины, Кали-юга
В самом разгаре. Кожные оболочки
Предков проводят требу «на ноготочки»

Век двадцать первый, гаджеты и соцсети
Дикое время, зря вы смеетесь, дети
ВИЧ излечим, но выкосил пол-планеты
Вы пока в школе не проходили это

Смысл ритуала ясен нам не вполне
Хомо оставил ногти в гибридной войне
В схватке с холодной расчетливой эволюцией
Вместе с зубами мудрости и полллюцией

Предполагают историки-твердолобы
Что роговые пластинки нужны были чтобы
Звонко изящно клацать по клавиатуре
Это последнее предупреждение Юре

Кроют этнографы слабую офис-карту
Древним кровавым мрачным культом нейл-арта
Жрическим и языческим, перекрытым
Слоем гель-лака оттенка ля дольче вита

Якобы женщины-люди губа на блюде
В шиммер макнувшись без ритуальных прелюдий
Рвали самцам эпителии на лопатках
Вот почему у нас в носогубных складках

Резкий такой изгиб. Есть десятки версий
В эру ИИ, ДНК, и MOAB-диверсий
Формы, узоры, оттенки, цветные блески
Считывались как шифр с социальным текстом

Занята в сфере услуг или в ней свободна
Третьей волной подброшена, безработна
Замужем или перед все тем же мужем
Пятой волной придавлена или хуже

Слушай, Валюша, девочкам не пристало
Первым слать мыслегнал по eye-track каналу
Вижу еще раз — сразу тебя блокирую
Не для того мы тысячи лет мутировали

Облики предков бледны как лейконихия
Нам не узнать, за что с ними так стихия
Юра, моргай, все девочки перешли
В зал посвященный последним годам Земли

 

Команда синих

Ты знала, что на месте роддома раньше было кладбище?
Ну ваще
И где старшаки тем летом, помнишь, бухали без продыху
И на месте аграрного колледжа, и на месте колхозного рынка
И на месте парка культуры и отдыха
И на месте ТК «Рябинка»
Ты не поверишь, но самое старое кладбище в Бугульме
Было
Ой я сейчас не могу говорить, перезвони мне

Аппарат абонента выключен или больше не в этой сети
Восемь дней надеялись, но не могли найти
На девятый кто-то подбросил её под дверь
Губы синие, веки синие, даже волосы синие
Что ты смотришь так, если не хочешь — не верь
Красно-бурые только на правой ладони линии

И зима была не морозная, и одета была тепло
Будто кто-то сосал из неё тепло, и оно текло
Маше было тринадцать, у Маши был лишний вес
Маша любила Поттера, Маша играла в Ингресс
Маша двадцатая в этом году, кто шёл по улице и исчез

Маша играла в Ингресс, задумчиво повторяет следователь
Алло, это мама Маши? Мне нужен её смартфон
И вообще приезжайте в участок, как пообедаете
Будет у нас городская игра «Жесть», так сказать, квест-марафон

Вместо зелёных — красные. Очень странная карта
Красные, очень много красных, сейчас все идут с работы
Что там у нас за красный портал в районе Восьмого Марта?
Это же частный сектор, откуда там? Может, боты?

Синее поле покрыло парк, роддом и ТК «Рябинка»
Все порталы укреплены десятками резонаторов
Тянется от аграрного колледжа и до колхозного рынка
Замыкается действующим кладбищем, там никого
Провокаторы

Следователь смекает: в красной команде тёплые и живые
Восемьдесят пять тысяч, весь город, сами того не зная
С синими упырями воюют самые молодые
Всё понимают, синеют и пропадают

Кто там? Это мама Маши? Сейчас я спущусь к вам, ждите
Синий высокий лоб, иней на бороде
Рукопожатие слабое, как при артрите
Следователь обмяк, следователь падает
Следователь синеет. Ало, товарищ следователь, вы где?

Спустя девять дней он лежит под дверью отдела полиции
Когда-то на этом месте хоронили ссыльных,
Не выдержавших пути в Сибирь
У синих теперь на один портал больше, укрепили позиции
С ветки дерева за окном падает толстый красногрудый снегирь

Жена следователя причитает: как же он, ну куда же он
Вращает красными от слёз белками, ищет его смартфон



***

Здравствуйте, Анна Ивановна вас беспокоят из банка «Халва»
Меня зовут Вячеслав, и я лучший сотрудник месяца
Вы не подумайте, я не собираюсь предлагать вам всякие там кредиты
Я понимаю, вам некогда, я слышу, как вы сердиты
Я не первый день тут работаю, от моих звонков многие бесятся
Но, Анна Ивановна, подождите, не сбрасывайте, это ва...

Але, Анна Ивановна, это Слава, ну, из «Халвы»
У нас для вас несколько предложений. Вам удобно сейчас говорить?
Мне тоже ужасно неудобно, но, Анна Ивановна, поймите у меня очень выгодные условия
Наш разговор будет записан для вечности, мне не до школы злословия
Анна Ивановна, не кричите, ну что вы делаете, ну етить-колотить
Я к вам со всей душой, ну зачем же вы

Анна Ивановна, очень глупо было бы с вашей стороны
Думать, что можно так вот запросто заблокировать «Халву»
Но я вас понимаю, все отмахиваются от нудящего внутреннего голоса
Твердящего о необходимости перемен вполголоса
Призывающего начать в кредитной истории жизни новую главу
В условиях банковского-то кризиса этой страны

Я просто хотел вам сказать, Анна Ивановна, дорогая
Что эта ненависть к самости, эта растерянность ваша вечная
Эти завышенные ожидания от себя и от мира
Очень влияют на курсы иткоина, кофейных бобов и эфира
И вы, как я вижу по графику, относитесь слишком беспечно
Ко внутреннему спокойствию. Нет, вы не думайте, я вас не пугаю

Но вы что-нибудь слышали о людях с отметиной на челе?
Отдел венчурных вложений в будущее, да и вообще вся наша контора
Убедительно просит вас погашать кислородные проценты полногрудно
И, Анна Ивановна, это самое, если вам будет не трудно
Не кладите, пожалуйста, трубочку после разговора
Оцените мою работу по пятибалльной шкале



***

Пиццу из школьной столовой
За пять с половой
Уничтожаю как Оптимус десептикона
(Ома законы еще не совсем знакомы)
В ней колбасы три куска и немного теста
В сердце простой углевод и кусочек текста
Я буду вместо вместо вместо невесты

Сдох тамагочи, пять лет до телефона
Лонгман заклеен мордами покемонов
(Весь стикерпак обошелся мне в пять с половой)
Я не хочу на русский, хочу быть клевой
Я не хочу на татарский, зато хочу
Эволюционировать в Пикачу

Мама звонит в истерике в МЧС
Завтра физра, будет лыжная вылазка в лес
Лыжная куртка жуткая чрезвычайно
Градусник грею в чашке с горячим чаем
Сорок — ту мач, трясу чтобы скрыть обман
Ртуть отскочила как мячик и под диван
Спряталась под линолеум, мы с тех пор
Дышим пам-парам-парами камбьё долор

В день когда ты приснился я все сама
Быть малолеткой неловко когда зима
Горечь мутоновой шубы и стыд сапог
Травма платка под шапкой и как итог
Небо бездонное, нет билетов в кино
Денег на куртку, макдоналдс, билет в кино
Быть малолеткой неловко когда весна
(Стыдно, что много этой весне должна)

Крошка моя, я скучаю, а у реки
Девки гуляют, стареют их мужики

Я обещаю, ты будешь ужасно клевой
Как Алиса Милано, а если захочешь — круче
Пока же все лучшее стоит нам пять с половой
Солнышко у нас в руках
Ты слышишь?
Пусть и на небе тучи



***

Я когда родилась, сразу же заговорила
Никаких развивашек — необъяснимая сила
Либидозная энергия, вырвавшаяся из утробы
Вместе со мной. Не то чтобы
Я этим очень гордилась, да и как потом оказалось
Раннее развитие вообще никак не сказалось
На других сферах моей жизни
Речь делала меня в глазах других хуже, злее, капризней
Их в моих — осуждающее и укоризнее
Но такая уж я от природы, ничего не сделаешь, хоть убей
Я не червонец рублей, Канары не Белебей, а слово не воробей

Я родилась и сказала акушерке: ну кто так перерезает?
Где вас этому научили, ох уж эти провинциальные медвузы
Вы бы могли написать цикл карточек для «Медузы»
Куда впадают околоплодные воды
Как не надо принимать роды
Она ответила мне: эй, ну чего ты, зая,
Такая еще маленькая, а такая уже злая

Следующий кадр: едем домой из роддома, я говорю таксисту
Вы так собираете пробки, как будто втайне мечтаете собирать бутылки
Как связаться с вашим менеджером, не вижу активной ссылки
(До всеобщего интернета в России еще лет пятнадцать,
Но надо же было до чего-нибудь доебаться)
Он отвечает мне: вот же, крошка, ты скандалистка
Ядовитая, как тайпан, хоть и размером с глиста

Маме в садике говорили — очень умная девочка, но потенциальный абьюзер
(Я говорила: кто не может сам завязать шнурки — лошпедос и лузер)
Школьный психолог убеждал маму не сгущать краски семейной картины
(Я говорила: в тесты Климова верят только конченные кретины)
Родители откупоривали шампанское, если удавалось пораньше укупорить меня в кровать
А недавно я вдруг обнаружила, что мне вообще
абсолютно
нечего
блин
сказать

Люди вокруг горланят овсянками, которым не дали проса
Мне же не хочется высказаться
ни по какому
вопросу
Каждый пятый строчит рецензии на что угодно
Я экономлю чужие время и силы —
Вы все свободны

Я как будто вернулась из путешествия в Мульти-Пульти
к плите
А там первобытный либидозный бульон выкипел
остыл
и перестал булькать

Дома бедлам: зеленый слоник бегает по потолку
Свинья кричит кукареку
Я не могу выдавить из себя даже одну
жалкую
письменную строку

Терапевт говорит: подумай, в чем твоя выгода от такого положения дел
Я говорю терапевту: лел
Терапевт говорит: с кризисом в жизни сталкивается каждый человек
Я говорю терапевту: кек

Я говорю таксисту: хорошего вечера, вы замечательный сотрудник
Но речь не возвращается
Я говорю акушерке: вы героиня, вы помогли появиться на свет тысячам детей
Но речь не возвращается
Я говорю терапевту: ничего не работает, аналитическая психология — лохотрон
Я смотрю в окошко и вижу, что мне подмигивает зависший в воздухе дрон

Я, кряхтя, поддеваю перышком замок клетки
Вылетаю из форточки, машу крылами соседке
Говорю ей отчетливо: фьюить-фьюить-фьюить
Я, кажется, сычик или, может быть, неясыть

Лечу за мигающим дроном, внизу колышется сныть
Надеюсь, когда я умру, мне будет с кем об этом поговорить

 

***

На первой ступени нужно признаться себе
Что ты никогда не вылечишься
На третьей появится бог, но до этого еще далеко
Пока ты скисшее молоко
Вытянутое на коленках трико
Тебя больно ломает
Но глубоко-глубоко
Внутри уже стало легко-легко

Чтобы общаться с зэком
Нужно скачать приложение «зонателеком»
Зэк человек занятой
Свайпнул вправо — потревожил звонокм
Свайпнул влево — сорвал конвой
В приложении есть встроенные покупки
Говорят, вчера в ларек завезли новые уголовные проступки
Эх, сейчас бы их с лучком да на сливочном маслице
Видеосвязь показывает, как зэк меняется в лице

На второй ступени появляется мощная сила
Она сотрясает землю
Она берет тебя за плечи и вытряхивает
Немощь и мелочь из твоих карманов
В карманах трико столько же немощи
Сколько мощи за лацканами полицейской формы
В них столько же веса
Сколько невесомости в скафандре
(Говорят, в космосе можно не носить лифчик
Ведь гравитация больше не мацает за грудь)
В карманах трико столько веса,
Что из-за горизонта событий мягко светит пожизненное

На третьей ступени наконец-то приходит любящий бог
Ответственность, снятая с плеч, провоцирует
Приступ невесомости.
Лифчик теперь можно не носить вообще
Ты отвлекаешься на долгожданного бога и вдруг
Обнаруживаешь себя красиво парящей
В белом плаще
И никто почему-то не лечится вокруг


***

Эта история может звучать неуклюже
Но я видел все сам, и я не дурак
Как думаете, сколько мигрантов нужно
Чтобы сшить анорак?

Я снимаю бомбер, я не был к такому готов
Быстро выбило из понтов
Им хотелось делать узбекский плов
Приходилось — узбекский шов

Из динамика хуавэя
Слышится чей-то рев
На фоне тревожного женского голоса
Я слушаю чужое аудиосообщение и соловею
Плачут совсем не дети проходных дворов
Под моим свитшотом шевелятся волосы

*
Я езжу на фабрику по делам в месяц два раза
Тоже, в общем, не от хорошей жизни
Я клоун-супервайзер на службе у дизайнеров-пидорасов
У поедающих баблокапусту слизней

Будучи пилотом болида оптимизации
На гонках удешевления производства
Я повидал многое, братцы
Но в то, что я узнал пару дней назад,
Ни за что не поверит мое руководство

*
В цеху светло, на окнах тещин язык
Вслушиваюсь в тюркский язык
Молнии вшиваются в олимпийки вжик
Вжик вжик со скоростью Флэша
Дать бы этим ребятам немного кэша
Посадить на самолет до Ташкента
Сунуть в спортивную сумку блок Кента
С кнопочкой
Отключающей режим «тупо выживание»
Думаю я

*
Так вот

Трое узбеков без московской прописки
Тихонько шьют партию для очередного русского бренда
Вдруг один достает телефон и включает женские визги
Я замечаю вибрацию в районе пожарного стенда
Огнетушитель падает, туманится производство
В стене цеха материализуется портал
Рабочие оглядываются в поисках руководства
Я типа свой и не в счет. Начинается ритуал

В белые порошковые струи входят тенелюди
Бледные, за фантомом фантом
Некоторые в флуорисцентных зеленых худи
Некоторые пострашнее, в худи с принтом:

«Нелегал», «подкинули вес», «не перешел границу»
«Сделал репост», «надерзил менту»,
«Умер в лагере». Вереница длится и длится
Упирается в цеховую тесноту

Призраки принимаются дошивать партию
Заговаривают молнии, колдуют над фурнитурой
Подвывают — ай-вэй — хуавэйной партии
Подгоняют одежду на себе по фигуре

Буквально полчаса длится дошитие
Узбек просит мой пауэрбэнк — хуавэй садится
Постепенно рассасывается огнетушитель
Мигранты-фантомы пересекают порталовую границу

*
Я пытался убедить руководство, мол, нехорошо так
Как-то не по-человечески
Давайте улучшим условия. Но им хоть бы хны
Лично я бросил носить свитшоты
Производства нашего с вами отечества.
Хайпбисты обречены

 

***

Сразу скажу, что это был жуткий сон
Я посреди глянцево-белого автосалона
(Платформы елозят вверх-вниз
Каждому покупателю промоприз)
Стою почему-то голая, смотрю внимательно на ладони
Потом на голубой шар в окне; тестирую мир на действительность
Хочется красную Теслу с баром в салоне
Звезды сегодня выглядят очень странно
На моей карте недостаточно средств
Выразительности

 

Расщелина 

Инстаграм-аккаунт Айи
Появился на свет раньше, чем сама Айя
Вот фотография теста с двумя полосками
Вот видео: будущий папа кричит «правда что ли, родная?»
Вот мама еще плоская
Вот она круглеет, сначала скрывая
Живот под бесформенными обносками
Вот покупает новое, снимает себя в зеркале в полный рост
Айя, когда-нибудь ты прочтешь этот пост

Айя, врач говорит, ты растешь, как в учебнике по акушерству
Сердцебиение в норме, толкаешься как исполнительница канкана
Только, пожалуйста, не переусердствуй
Когда мама использует живот как подставку для стакана
С безалкогольным пивом. На восьмом месяце
Только так себя и развлекаю, Айя
Еще немного — и мы встретимся
Только не надо спешить, родная

Знай, Айя: у тебя все будет самое лучшее
Мы с папой купили тебе кровать-трансформер
Коляску-трансформер
Соску-трансформер
Оптимуса Прайма, трансформирующегося в барби
И обратно
Читаем друг другу книги по перинатальной психологии
Там не всегда понятно
Статьи про искусственные органические прикормы
Смеси недоростков с проростками
Статьи о том, как общаться с подростками
Это еще не скоро, но, знаешь, с годами
Будет все глубже поколенческая расщелина между нами
Об этом, кстати, очередной пост в твоем инстаграме

Айя рождается крепкой девочкой
Три килограмма триста
Вот фотография, где она морщится неказисто
Вот сториз про то, как первый раз фокусирует взгляд
В комментариях все умиляются и гулят

Вскоре случаются первые рекламные интеграции
Крупные планы присыпок
Явно проплаченные рекомендации
Детских кафе с услугами фей и нянь
Прямой эфир детства структурно зыбок
Что это нам прислал «Бэби-шоп», Айя, глянь
Вот мамино селфи в пижаме от Маркс энд Спенсер
Спи-засыпай, мой маленький инфлюэнсер

Айя получает права на свой профиль
В день двадцатидвухлетия.
По новым ювенальным законам с этим все строго
За последние двадцать разноцветие социальносетия поопало
Человеческого рынка почти не стало
Лицом торгуют диджитал-автатары
Айя листает ленту, в межреберье зреет тревога
Под присыпками мертвые комментируют гонорары
Смутные блики, даже запахи, детские отголоски
Айя растеряна
Поколенческая расщелина
Трансформеры-соски
Долистывает до конца, видит две полоски
Пишет в директ дирекции инстаграма

Заявка на удаление
Ныряет под пресс
Сотен тысяч подобых
Айя решает ускорить процесс
Пронзительным сообщением:

«Уважаемая дирекция,
Мои родители были потерянным поколением
Девяностое детство
Проросло желанием
Во что бы то ни стало
Высказаться
Отличиться
Указать путь
Хоть кому-нибудь.
Их таких тогда была вся страна
Нам же нужны цифроширма да киберотишина

Мои бедные родители стали последним поколением
Людей, которые умирают
Они не желали мне вечных страданий
Я все понимаю
Но можно хотя бы без стыдных блогги-воспоминаний».

Заявку на удаление исполняют.

Айя медленно разглаживает складки на человеческой униформе
«Никаких сосок-трансформеров», — думается ей
А лучше вообще никаких детей



***

Автономнее, чем пауэрбэнк
Сувереннее, чем Татарстан
Я кидаю понты в бадибэг
И пытаюсь повысить октан

Я сражаюсь и мой главный враг
Не елдак и не бойфренд-мудак
И не хейтеры, и не прозак
А удушливый мрак автозак

Я пытаюсь повысить число
Чтобы топливо не взорвало
Изнутри меня не порвало
Я не знаю про нефть ничего

Я сражаюсь и мой главный враг
Не фурункул и не спидорак
Это тот, кто, похерив сомнения,
Захватил мои месторождения

Нефть пульсирует в моих венах
Я найду вас всех непременно
Газлайтеры страны, абьюзеры свободы
Недра должны принадлежать народу

Ячменные поля из окна тачки
В них балансируют мои нефтекачки
Татарский вайб достаю из заначки
Казылык — лошадь, проигравшая скачки

Пшеничные поля, визжащие покрышки
Пельмени с кониной, буровые вышки
Нефть — это я, бензин — это мы
Татарстан — это лучшее место страны

Раны залижу
Разведаю залежи
Куда-ты, сука, лезешь-то
Сказали же
Сказали же
Слезайте с вышки
Прекращайте добычу
Вам крышка
Не шучу не шучу

Нефть пульсирует в моих венах
Я найду вас всех непременно
Газлайтеры страны, абьюзеры свободы
Недра должны принадлежать народу



***

Сбилась сонная простыня
Списки дел в январе не врут
И работа не волк, не барс
Но какой-то скорее спрут

Никуда не денется от меня
(Если меня на нее возьмут)

Не изменится ничего
От неймдропинга и других
Идиотских попыток выжать
Масло сердца, оставив жмых

(И куда мне столько его
Поскорей бы хруст его стих)

Как направить этот меандр
Вот же правки, где же сценарий
Кто стремится исследовать мир
Попадает в его виварий

(Сквозь защитный эгоскафандр
((нет, не эрго, эгоскафандр))
Слышен запах напыщенной гари)

Чем зазорнее тот зазор
Что зияет между мечтой
И имеющимся добром
Тем задорнее жизнь даст сбой

(Запиши и поставь на повтор:
Без «когда». Ты «уже». Все с тобой.)



***

Нин, алё, звоню спросить, пока не забыла
Как называются эти жёлтенькие,
Про которые ты говорила?
Я ищу как раз своему сейчас на могилу
Чтоб нормально росли, даже если полить забыла
Клематис космея дельфиниум орхидея
Ни хрена не помню, а-ба, вот же я старею
Посажу, наверное, бархатцы по старинке
Николаевна их хвалила на всех поминках

Недомайское солнце нагрело могильную землю
Семена в ней пока что дремлют, но мы не дремлем
Мы на всех старых кладбищах богохранимой страны
Собираемся в толпы, ведомые чувством вины
Чувством «как же на Троицу к нашим-то не сходить,
Думали, я вам мёртвым не буду пробовать угодить?»

Человека сразу видать по его участку
Чем капризней был дед, тем скромнее венковая связка
Чем нелепей и младше смерть, тем дороже ковка
Чем махровей понты, тем абсурднее гравировка

Но Тамара Петровна думает не об этом:
Вот бы бархатцы не пришлось пересаживать летом
Скоро снова родительская, не перепутать бы даты
Хорошо, что достала по блату суперфосфата

Нин, алё, я чего щас такое видала
Я так даже на похоронах, кажись, не рыдала
Прихожу к своему, там шикарный живой букет
Нин, ну как это так, ну это какой-то бред
Ну была у него одна ещё в девяностом
Ну ещё одна, дура жопастая, лярва просто
Из двадцатого цеха ещё была вроде Алла
Все попрятались, когда его парализовало

Нин, не спишь ещё? Я того, напилась глицина
Если сдохну, насей мне на всю длину капуцинов
Гиацинтов ли, цинний, по хрену если честно
Я решила, пока живая, куплю себе место
Ты подальше меня от пихаря этого положи
Чтобы хоть после смерти зажить уже не по лжи

Позвоню сейчас в «Ритуал», вдруг и мест больше нет
Как ты думаешь, Нин, может, съездить да сжечь букет?

Дома топят ещё, но Тамаре Петровне зябко
Сон старушки ажурней, чем кованая оградка
Астры, каллы, камелии складываются в узор
Почему-то стал красным бархатцевый ковер
Видит Аллу, и лярву, и третью
Стреляет во всех по очереди, в упор

Сколько крови, думает, где же мне взять теперь столько ваты
Хорошо хоть на всех нас хватит суперфосфата.



***

«Я, — пишет она, — как классический представитель поколения селфи
Прошу начислить мне килфи
За прожитую как попало жизнь.

Я как могла боролась
Но на выходе не стартапер и не подкастер
Самый никчемный креатор кластера
Сжатый колос
Проёбанный космос
Русалочка, у которой забрали голос.

Кровоточат печатающие пальцы
Стучит кровоточащее сердце
Вот бы раздеться и вдеться в ушко окна
Протиснуться, пролететь голубой птицей
Лежать там такой „инженю никого не виню“
Ждать, когда приедут телек с полицией.
Я слышала, у каждой тридцатилетней женщины
Должна быть хотя бы одна съемка ню.
Ну и как до сих пор иногда говорится —
Баба с возу.
Единственное, ума не приложу
Как на такой скорости
Принять соблазнительную позу?»

В сервисе отвечают:
«Мы уважаем ваше решение!
1) По возможности, не грустите
2) В выбранном сценарии попробуйте обнять себя руками в полёте.
3) Пожалуйста, укажите номер вашего счёта в ответном письме.
4) Напишите нам за день до предполагаемого события.
5) Ввиду особых эстетических запросов, возможно, вы всё-таки предпочтёте
Умереть во сне?»

Она пишет:
«3) 40817810000191360046.
5) спасибо, не».







_________________________________________

Об авторе: ЕЛЕНА ЧЕСНОКОВА

Родилась в Казани в 1991-м, прожила там до 27 лет. За это время: начала писать стихи, выучилась на историка-источниковеда, научилась управлять кофемашиной и легковой машиной, поучаствовала в запуске бумажного и небумажного журналов, взяла ипотеку, обзавелась мечтой о записи рэп-альбома. Сейчас живет в Москве, работает репортером и редактором.
скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
753
Опубликовано 30 ноя 2019

ВХОД НА САЙТ