facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Социальная сеть Богема
Мои закладки
/ № 136 апрель 2019 г.
» » Пётр Ликин. КРУЖЕВА

Пётр Ликин. КРУЖЕВА



 

* * *

Становится тихо в городских аллеях.
Обмирают листья дорожек.
Весенние бури изменили лицо холмов.
Мы знаем его вечный рассказ
О прозрачной изгороди обитаемых зон,
Приносящих сонные знаки первой смерти и первого поцелуя.

Минуты на ресепшен – медленная смена декораций.
Период молчания и период разговора.
Наполняют блаженные галереи
Отблески вечернего восхождения.

Ветви, отражённые в окнах.
Музыка восходит – и в это время
Дрожание алого напитка пронзает воздух и взгляд.

Внутренние пространства комбинируют объекты и лица.
Отчуждённое дефиле под зонтами в тени деревьев
Проносит слова над точкой разрыва
И долгой памяти разные сферы:
Возвращаемой галлюцинации крылья –
Подиум в бледных лучах заката.

 


* * *

Первый звук ветра после молчания и сна
Приведёт мысли к иллюзиям системы,
Порыв прощаний укажет
Чёрно-белый бассейн, обретающий пределы фотографий,
Заражённые воды
Богемы в венцах лазури,
Неисследованные области, сумрак.

Мусорные пейзажи, эстетизирующие андеграунд,
Пурпурные тени ангелов – обломки рук –
Разреженный сумрак нуара населяют божественные перспективы, –
Как первый ветер, звучащий в окнах собора, –
Соитие на фоне заката весны.

 


* * *

Пределы взгляда – сквозь лёд в садах
Прозрачность воображаемых селений
Синхронизирует пульс и голос
В два одиноких ручья.

И ты сквозь потоки кружащихся видений
Обретаешь циклические рефлексы:
Глетчеры блаженной Норвегии,
Тусклые горы в сердце вечерней зари,
Где обрывается звук дыханья.

Лоджии комнатных апельсинов.
Мраморные бассейны с отражением рук и слёз.
Пламенеющие перспективы дворца –
Татуированные девушки и больные цветы.

Течение воды ближе высоких стен
Вспоминает время других,
Где бессмертный шёпот вручает себя у портала прощаний.

 


* * *

Прорывы, где сон и дождь –
Бесцветный ветер отделяет лицо фотографий.
Руки, удерживающие аппликации цветов и листьев,
Прикасаются к тёмным локонам среди беспамятства и тумана.

Динамики элизийские сцены:
Ветряные мельницы во влажных полях,
Спокойная территория у дороги забвений,
Страсть, пронзающая голоса и воздушные воды –
Сонные круги смыкаются навсегда.

Руки подносят к изменяющемуся лицу
Потоки кармы и кольца сияний,
Сумрачные эмоции в царстве исключённого солнца.

Тусклое небо с предначертанием шумной бури
Сообщает вечной пульсации эхом
Сюрреальную скорбь о серых звёздах Пьеро.

Коллажи чувственных форм
Магнетизируют блеск ладоней
И кладбища первые балюстрады –
Композиции опечаленных нимф.


 

* * *

Взглядом и голосом извне
Укажи пространственные повороты,
Шелест платьев и тёмных вздохов,
Сюрреальные потоки воспоминаний,
Раздвоенные мосты и озарённые скульптуры,
Где за смерти сладкими двойниками
Начинаются деревья аллеи.

Утончённые стебли определяют понятие тени.
Происходит во внутренних покоях
Красота ошибочных птиц.
Во взглядах и движениях рук
Сумрачная любовь возвышает религию суицида.

Вентилятор сводит в скорбные спектры
Слова обречённой страсти,
Развеянные – словно цветок и прах.

 


* * *

Орнамент есть код культуры
Изменчивых очертаний.
Там предстают праздничные потоки,
Там светлы и блаженны
Зелёные улыбки полей,
Сладости и загадок
Смеющийся демон.

Лазурный огонь очей
Сохраняет помыслы океана.
Сонная стриптизёрша среди вечерних мелодий
Озарена сиянием слёз.

Телевизор в глубине зала
Отображает удивительный грот.
Здесь – царства иллюзий современный порядок,
Там – бледные туманы покрывают лица танцовщиц
Из тусклой травы мерцания майорана.


 

* * *

Тёмные звуки –
Вчера
Вечерний колокол
Долетает из другого предела деревни.
Песни колеблемые голоса
Темны и спокойны.
Ступени,
Засыпанные листвой,
Цветами запретной любви,
Совершают тени и кольца запястий.
Странник смотрит завораживающие кружева –
Как закатная роща принимает поток кавалькады
И ты отходишь – на озеро и в секретный сад.


 

* * *

Странные разговоры о тайнах оранжереи.
Столы бильярда вечернего кафе
В лучах заходящего светила.

Так пронзает воспоминания соблазна
Инфекция реальности двух.

Алый напиток вспыхивает секунды
Ворожба поёт
Смещения идеальный север
Нежных одежд и раскрытых глаз.
Светской хроники скорбные репортажи,
Потерянные навсегда фотоэтюды,
Шоу, воспроизведённое в раздвоенных зеркалах.

Кульминация момента заката.
Знаки счастья светлых полос
Проникают в сердца и двери
И мёртвый след поцелуя прощанья –
Приключение, фиксирующее смерть.

 


* * *

Зачарованная река на карте других столетий.
Осенью во взгляде принцессы
Тревога о погибших цветах.

Мы проходим участки почты и стоянки велосипедов,
Повседневность, заключённая в фотолучах,
Райская провинция сверхмедленных восприятий,
Светские журналы внутри озарённых киосков,
Инфраструктура вопросов и аналогий:
Ласковый север смотрит тела карнавала,
Птицы не покидают окна домов,
Установки орошают газоны.

Спектры оптики направлены в
Разъятые сердца забывших язык
Потоки транса отсутствия
Определяют воображаемый флаг
На башне сакральных вздохов
И воды карты, где вечно
Принцесса смеётся путанице фрагментов.


 

* * *

Сквозь время пришли
Преданные фотографии на фоне белых зданий.
Памяти небеса сквозной.
Мгновенье – воздух и свет сольются –
Изогнутая нога и юбка туманных теней.

Анна совершенно одна
Подходит к церковным воротам.
Там складки одежд осенних и светлые стаи птиц.
Утренняя прозрачность отменяет пределы
Мира; солнце, и ветер, размыкая, приносит образ,
Чтобы уже навсегда уйти.

 


* * *

Заплетаются волосы на заре вечерней
И синий мост холодных озёр
Провожают руки и птицы  в тумане.

Лодка удаляется от берега аттракционов.
Влюблённые встречают золотое сиянье.
Дальние прогулки,
Аллеи с мороженым и сладкой ватой.
Блаженные минуты –
Внутри заходящих лучей
Групповые скульптуры.

Фланёры встревожены
Внезапным дыханьем и шумом –
И лошадь ведут
Медленно сквозь чащи деревьев.

Праздника прощания и улыбки –
Невозможные хороводы
Наступающей осени.


 

* * *

В час вечерней любви
Лебеди засыпают и неподвижен флюгер.
Звучит над парком в конце пруда
Сказка сестры.

Ты – в цветах и водах –
Сидишь на скамье.
Завязанные ленты украшают лицо
В часы безмятежного покоя.

В цветах и туманах
Проходит твой облик.
Малиновки и стрекозы
Слетаются на острова.

Знаки двух миров соответствуют связям сна.
Ты понимаешь это и бросаешь венок,
Движеньем рук убирая фрагменты тени.

Эхо помнит
Венок,
Плывущий к центру пруда.

 


* * *

Ласка в саду приближает к пятиоконью
Тех, кто помнит, что ветер освобождает тела
Сквозь тоннели взгляда.

Пламенные покрывала между тёмных трав,
Где во время цветения украшают аллеи страсти
Плоды натюрморта.

В задумчивой роще идя,
Дикий цветок, невидимый, прокричит-
И эхо вернётся.

Озарённые руины останутся впечатленьем.
Возвращающими эру весны
Знаки на плечах статуй
Обещают пункт соответствия и покоя.
Солнечные ладони светлы на восходе
И светлость происходит – тогда
Потусторонние объятия созерцают порталы.

 


* * *         

Поцелуй на фоне весеннего водоёма.
Отпусти руки, не касаясь одежд.
От неба в глубины очей
Проплывут чёрные цветы.

Лоно пустой воды оберегает потоки лилий.

Существо спокойно у входа в лес
И долго смотрит движение ручья –
Переступает.

Полуденные тени бегут на песок по дорожкам сада.

Панорама пейзажей
Воздействует на чувственность восприятий
И полные воздуха переходы
Совершают цветных видений
Сакральный монтаж.

 


* * *

Берегового ландшафта влажные следы,
Проекция изменчивых воспоминаний,
Гибель влюблённых и шум осеннего сора.
Чёрные лилии во взгляде заворожённом,
Уходящие в античный залив.

Вновь проходят в кадрах заклятий
Туманные наряды плачущей Персефоны –
Властители зари дистанцированы от берега вод,
Потому что в аллее цветов и духов
Стихает шум колесницы.

Виден вечерний остров, увеличенный эффектом сна.
Смысловые структуры произвольны,
Но их сочетает закон корабля и птицы,
Их сочетает свет
Вечернего острова знаков воспоминаний.
В сублимированных грёзах суицида
Татуировка скорбной подруги, играющей в теннис.

Мёртвые населяют его ступени.
В спектрах солнца коней и женщин
Уходящие силуэты.
Тусклой рощи музыка и веселье –
До странников увяданий
Долетают сладкие инструменты:
Сквозь шиповник слышны тимпаны,
Нимфы ручья обнимают флейты,
Колокольчики на плечах коней.

И в царственном хороводе
Бесконечного дробления субъекта
Мы смеёмся и созерцаем фигуры.







_________________________________________

Об авторе: ПЁТР ЛИКИН

Родился в Нижнем Новгороде. Писать стихи начал в 16 лет. Принимал участие в поэтических фестивалях «Стрелка» и «Речет». Публиковался в поэтической антигазете «Метромост», на порталах «Полутона» и «ЛД Авангард», в электронном журнале «Лиterraтура», альманахе «Артикуляция». В 2017 году вышла первая книга стихов «Дерево тюльпана».скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
294
Опубликовано 08 апр 2019

ВХОД НА САЙТ