facebook ВКонтакте twitter Одноклассники
Электронный литературный журнал. Выходит два раза в месяц. Основан в апреле 2014 г.
Книжный магазин Bambook        Издательство Лиterraтура        Лиterraтурная Школа
Мои закладки
№ 145 октябрь 2019 г.
» » Михаил Квадратов. «Живы дети, только дети,– мы мертвы, давно мертвы…»

Михаил Квадратов. «Живы дети, только дети,– мы мертвы, давно мертвы…»

Колонка Михаила Квадратова


(О книге: Евгения Некрасова. «Калечина-Малечина». Серия «Роман поколения». Издательство АСТ, 2018 г. – 288 с.)

 

Книгу Евгении Некрасовой «Калечина-Малечина» отнесли к направлению «магический реализм». Начнём рассуждать в духе адептов этого направления и отметим, что сам термин «магический реализм» не очень корректен. Да, конечно, это настоящий реализм. Однако, под магией понимают действия, направленные на использование сверхъестественных сил для достижения человеческих целей. То есть занятия магией свойственны только человеку. Но ведь и всякие стихийные элементали, кикиморы и недотыкомки всячески пользуются человеком для своих нужд. В природе всегда происходит равновесное взаимодействие.

Люди горды, они считают, что выдумали разнообразных потусторонних персонажей и милостиво разрешили им поселиться в легендах и сказках. Стихийные сущности же подают нам сигналы, что всё происходит с точностью до наоборот: оказывается, люди – это существа, случайно возникшие в их пространстве. И теперь толкаются где-то поблизости, не дают покоя. А людям, в свою очередь, тяжело в неспокойной и недружелюбной среде невидимых, но всегда присутствующих рядом потусторонних жителей.

Выросшие люди делают вид, что нечисти не существует, и при таком допущении проще жить. Самые отважные в противостоянии с сущностями, конечно, дети, потому что пока ещё ничего не боятся. Дети видят разные создания, живут в одном с ними мире. Но детям запрещают читать настоящие страшные сказки. Детям подсовывают книжки в красивых обложках, где рассказывается, какие сказочные персонажи добрые, а если и злые, то слабые, таких всегда легко победить. Это вредные и фальшивые сказки. Ведь всякий винни-пух загрызёт тебя, когда в его горшке закончился мёд и нечего есть. А ты не готов к самозащите.

«Созданьице то ли улыбнулось, то ли оскалилось, и Катя подумала, что это не старуха, а ребёнок — потому что так кровожадно-ласково улыбались только дошкольные невыросшие, не знающие ещё классов».

«Поезд двинулся, и Кикимора проснулась. Её взгляд упёрся в живот молодой напротив. Беременная заметила, улыбнулась и положила белую, гладкую руку себе на пузо. Созданьице медленно, по-звериному наклонило голову, задвигало под шарфом носом, глаза её с торчащими беличьими ресницами сузились до щёлочек, а жёлтые зрачки, наоборот, растеклись по яблокам. Кикимора вцепилась зрением в спрятанного ребёнка. Катя увидела, что беременная схватила ртом воздух, а свой живот обеими руками».

Стихийные сущности опасны. Но та же свирепая кикимора спасла Катю в нескольких смертельно опасных ситуациях. И спасла её от самоубийства. Не то, чтобы создания были уж сильно враждебны человеку, просто места на земле мало, а от тесноты происходят всякие обиды. Например, не очень удобно жить в пыли за холодильником.

И, конечно, самое жаркое поле битвы с потусторонними – школа. Ведь сама школа по определению – это система полезного насилия. Конечно, говорят, что надо учиться, получая удовольствие – но это всего лишь хорошая теория, так не бывает, обычно важные знания получать противно и больно. И это влияет на общую атмосферу вокруг учебного процесса. Ещё и поэтому не очень хочется посещать вечера встречи с одноклассниками. Хотя здесь бывает по-разному.

Проведём некоторые параллели между романом «Калечина-Малечина» и романом «Мелкий бес» Фёдора Сологуба. Кстати, именно «Мелкий бес» можно назвать «энциклопедией русской жизни». Великий роман в стихах, – который так называли в школьном учебнике, – тоже, несомненно, энциклопедия, но энциклопедия русской жизни идеальной. А где идеализм, там рядом мучение.

В романе «Мелкий бес» сумасшедший учитель Передонов глумится над учениками, при этом по-своему интерпретируя отрывок из «Евгения Онегина». В книге «Калечина-Малечина» классный руководитель Вероника Евгеньевна истязает третьеклассницу Катю при помощи стихотворения Пушкина. Бешеная недотыкомка и свирепая кикимора. Нездоровая атмосфера в школе.

Здесь мы потихоньку подошли к буллингу (преследование одного из членов коллектива другими членами коллектива). В романе описывается такое явление, но всё же оно представляет собой просто иллюстрацию отношений людей между собой и людей со стихийными сущностями.

«Катю отдавали в кружки, но там ей вращаться не нравилось. Они занимали послешкольное время, в которое можно было отдыхать от людей. Катя однажды пыталась объяснить Ларе, что не может находиться в многочеловеческих пространствах: сразу сбегают силы, роняются мысли, а в голове больно стучит. Лара сказала, что Катя, наверное, не человек, потому что люди созданы для того, чтобы существовать вместе».

Это вторая, после взаимодействия человека и стихийных сущностей, важная линия романа, мысль о том, что без других людей выжить невозможно. Кроме того, если ты один, тебя изведёт коллектив, к которому ты почему-то не чувствуешь сродства. Но это ещё не все. Когда человек один, он не может справиться с потусторонними сущностями.

 «На всем были чары и кудеса. Визжала и дикая Недотыкомка, злобно и коварно смотрели на Передонова и люди, и скоты. Все было ему враждебно, он был одним против всех» (Федор Сологуб, «Мелкий бес»).

В результате Передонов хочет сжечь этот мир и недотыкомку, а невзрослая Катя два раза пытается убить себя, чтобы не видеть такого мира. Первый раз Катю от самоубийства спасла кикимора, во второй раз – родители, ведь так и должно быть, детей должны спасать родители. Хотя лучше, когда спасать просто не требуется. Любовь побеждает. Чтобы выжить в этом мире, необходимы не чудеса, нужны просто любимые люди.
Книга написана, что называется, экспериментальном языком, не зря в аннотации вспоминаются Ремизов и Платонов. А в систему такого языка может быть включено всё, что угодно, например, местами такой язык имитирует популярный в некоторых чатах «тугосеря-стайл». И кто-то покупается на якобы знакомое; тем более «в нашем чатике и в нашем офисе прилично читать книжки из шорт-листов». А тут ещё роман идёт под тегом «мир глазами детей». Тем больше потом разочарование некоторых читателей; «заманили и бросили». И вот уже роман обличают, припоминают тот же буллинг (прекрасное слово), мол, вы из себя ничего не представляете, вы просто узурпировали темы, которые мы считаем очень важными, с такими темами надо работать серьёзно, это дело специалистов, а совсем не ваше, вам по этой специализации диплом никто не выписывал. Ну, это ладно: кто что хочет, то и пишет; цинично говоря, чем больше отзывов, тем больше продаж, а в случае с романом Некрасовой это совсем неплохо.

Вот ещё о частном. Составление списков предметов – важный приём в литературе, приём, идущий от Франсуа Рабле, а может, из ещё более глубокой древности. Человеку свойственно систематизировать и составлять списки, ведь уловленное в собственный список – не такое неопределённое, а соответственно, будто бы и не страшное. Явление того же порядка – коллекционирование как метод ухода из мира хаотичного в мир систематизированный и, вроде, тебе подвластный.

Бывают упорядочивающие списки близких явлений и предметов. А есть списки разнородного, которые держат в напряжении и даже пугают. В романах, близких направлению «магический реализм», такое иногда используют, и с успехом. Например, в книге «Альтист Данилов» Владимира Орлова:

«Человеческое стало пропадать. Возникало нечто новое. Да и само новое тут же преобразовывалось. Резиновые мешки, соединения желеобразных шаров, стержни из гибкого металла с утолщениями и шипами, пузыри с зеркалами внутри, колючие кусты то ли нотных знаков, то ли никелированных украшений петербуржских кроватей, беременные колбы, зелёные стручки на проволочных ножках, точильные круги, астма в полиэтиленовом куле, нечто похожее на жадную куриную лапу, а все больше силуэты…»

А вот хорошее у Евгении Некрасовой:

«В наряде Кикиморы, кроме кнопочной крышки от своего телефона, Катя разглядела привязанные к тряпкам и обрезкам: маленькую лампочку для холодильника, мамины часы с синим кожзаменительным ремешком, две ручки с надписью, пластиковая нога куклы Барби, папина железная расчёска, мамины капли для носа (ещё наполненные), несколько серебристых крышечек (от бутылок), многочисленные носки (одинокие, беспарные), крючки для рыб, пимпочки от консервных банок, носовые платки и банановые наклейки».

В последних примерах приведены списки неблизких явлений и предметов, упорядоченных по непонятной системе. Просто другой порядок, его человек аккуратный будет воспринимать как непорядок и нарушение уклада жизни. Вот и не нарушай.

В общем, лучше не подходите к кикиморе, бегите от толпы, коллекционируйте ерунду и любите друг друга.
скачать dle 12.1




Наверх ↑
Поделиться публикацией:
313
Опубликовано 30 сен 2019

ВХОД НА САЙТ